Шалом всем! Мы продолжаем изучать хильхот мила — законы обрезания.
Но сегодня я бы хотел поговорить про «мила» не как про обрезание, а как про слово. Есть брайта в трактате Мегила о том, что нельзя давать евреям, живущим в Хейфе, Бейчане и Тивоне вести молитвы в синагоге. Почему, объясняет эта брайта — поскольку они плохо произносят «алеф» и «аин». Сегодня у сефардских, йеменских евреев есть разница между аин и алеф. Мы, ашкеназские евреи, уже забыли, какая разница между алеф и аин.

На самом деле, когда мы молимся, нам нужно быть очень осторожными, когда мы говорим, относительно того, каким образом мы это говорим. Поскольку иногда, когда мы делаем даже самую маленькую ошибку, это влияет на нашу молитву, и это влияет на то, что мы скажем. Поэтому, на самом деле, наши мудрецы говорили, что когда человек говорит Криат Шма, надо уточнить в «леман тизкеру», «чтобы вспомнили». Поскольку если человек плохо говорит, у него получится «леман тишкеру» — «забыли», то есть, все наоборот. И я хочу обратить внимание, наши дорогие евреи, тех, у кого основным языком является русский, что многие не разделяют между «h» и «г», или «hей» и «хэт»…

Продолжение смотрите в видео!