Ицхак Пинтосевич. Береги свою речь
+ «Краткая книга заповедей». Хафец Хаим. Урок 78
10. Злословие как месть на злословие
Предположим, кто-то дурно о нас отозвался. Мы не имеем права отплатить ему тем же.
Титенштейн назвал Дашевского обманщиком. Дашевский прослышал об этом высказывании, но у него нет права злословить о Титенштейне в ответ, хотя он может принять необходимые меры предосторожности, чтобы высказывание об «обманщике» не принесло ему ущерба.
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
בְּבוֹא רָשָׁע בָּא גַם בּוּז וְעִם קָלוֹן חֶרְפָּה
3. С приходом злодея приходит и презрение, а с бесславием – позор.
Злодеи любят позорить и оскорблять других людей. Они активно проявляют эту свою позицию высмеивая окружающих. И если человек делает так, то рано или поздно он на себя наводит тоже самое.
Мишлей 18 глава.
Отрывок из книги: Рав Зелиг Плискин. «Береги свою речь».
_______
Ицхак Пинтосевич разбирает повелительные заповеди:
Заповедь ЦДАКА
https://toldot.ru/urava/ask/urava_5421.html
Недавно мы завели разговор об отношении между бедными и богатыми. Поэтому нас заинтересовал вопрос, какой смысл, согласно Торе, в богатстве?
Отвечает рав Реувен Пятигорский
В трактате Авот говорится: «Кто богат? Тот, кто доволен своей долей». Подразумевается, что довольство связано не с ограниченностью ума (довольным может быть и сумасшедший), а с пониманием, что всё, что мы имеем, приходит от Всевышнего, Который знаком с нашими потребностями. Отсюда отнюдь не следует, что не надо ничего делать. Ничего не делающий ничего не получит. Но конечный экономический результат зависит не от нас. От нас зависит только — быть или не быть хорошими людьми. Всё остальное — испытание: и бедность, и богатство.
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
Мудрецы учат, что достаток даётся человеку для того, чтобы поддержать бедных. Творец и Сам способен помочь неимущим, но Он хочет, чтобы эту великую заповедь выполнили именно люди. Другой функции у любого сколоченного капитала нет. Понятно, что всё надо делать с умом: простая раздача денег может привести к трагедиям, а не к помощи. Но деньги не сделаны для того, чтобы с их помощью делать новые деньги и только. Разумное распоряжение капиталом должно иметь цель — помощь (правда, в размере не больше 1/5 от всего). Кому? Беднякам, ешивам, синагогам, разного рода организациям, занятым укреплением Торы внутри еврейства.
Сказал Коэлет (Экклезиаст): «Сытость богатого не даёт ему спать. Тяжёлую болезнь видел я под солнцем — богатство, хранимое на беду его владельцу … но тот, кому Всевышний дал богатство, имущество и власть … и он, пользуясь своей долей, радуется своим трудам, — (получил) дар от Всевышнего». Обратите внимание — пользуется своей долей, а остальное отдаёт! Иначе (не про нас будь сказано) имеет он тяжёлую болезнь и суету сует.
_______
Ицхак Пинтосевич делится рассказами о праведниках:
ЧТОБЫ ТЫ ОСТАЛСЯ ЕВРЕЕМ. Рав Ицхак Зильбер
http://www.istok.ru/library/72-chtoby-ty-ostalsya-evreem-vospominaniya-4-kazan.html
ИНЖЕНЕР САФЬЯН
Борис Соломонович Сафьян работал на крупном заводе точных оптических приборов в двадцати километрах от Казани. Он был большим человеком и на заводе, и в городской партийной организации (полшю предвыборные плакаты с его портретом на городских афишных тумбах; не помню, правда, куда выбирали). Но Борис Соломонович был член партии только формально, на самом же деле верил в Б-га и соблюдал заповеди.
Во время войны Борис Соломонович устроил на работу и обеспечил жильем сорок эвакуированных евреев. Сорок человек как минимум (у них ведь еще и семьи были) спас от голодной смерти, сорок жизней вырвал из рук Амалека. Это был настоящий праведник. Как и Ицхак Сандок, цадик, благословенна память обоих.
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
Один из спасенных Борисом Соломоновичем евреев, Шарипкин, рассказал мне, что приехал в Казань из Ленинграда в третьей стадии дистрофии. Он был так слаб, что не в силах был подняться в автобус. Сафьян остановил его на улице, без лишних слов привел к директору завода и говорит:
— Сам знаешь, работа не идет.
Тот вздыхает:
— Что поделаешь! Специалистов нет.
Сафьян:
— Вот тебе специалист — принимай!
Тот глянул на «специалиста”:
— Куда ему работать? Он на ногах не стоит!
— Ничего. Дадим шестьсот граммов хлеба — окрепнет. Давай, бери его!
Директор оформляет Шарипкина на работу, и Сафьян возится с ним три-четыре месяца, учит делу.
В субботу Сафьян всегда вертелся в цехах, не работая и не подписывая бумаг. Тот же Шарипкин рассказал мне такой случай.
Завод нуждался в каком-то редком сплаве, и по этому поводу пригласили представителя из Москвы. В пятницу вечером началось заседание ”на высоком уровне”. От завода речь держал Сафьян. Он сумел доказать, что требуемый сплав позволит резко увеличить выпуск продукции. Представитель из Москвы кивнул:
— Ладно. Пишите заявку — подпишу.
Шарипкин, присутствовавший на собрании, замер. Как Сафьян выкрутится? Он же не пишет в субботу!
Борис Соломонович почтительно возразил:
— Я думаю, вы лучше меня сформулируете.
Москвич нахмурился:
— Что за чушь! Ваша заявка — вы и пишите.
Сафьян не смутился:
— Нет, вам виднее, как аргументировать. Лучше вы.
Препирательство продолжалось долго. Кончилось тем, что москвич сдался. Сам написал и подписал.
У советской власти и так-то пререкания были не в ходу, а в военное время — и подавно. Такое надо уметь выдержать.
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
Впервые я услышал о Сафьяне (он был в Казани приезжий, эвакуировался, как видно, вместе с заводом) так.
Приезжаю из Столбищ домой на субботу, и отец рассказывает:
— Странная история. С год назад приходил молодой человек, просил пригласить моэля — сделать его сьщу обрезание. Хорошо, говорю, давайте адрес. Нет, адрес он дать не может — только номер почтового ящика. Приезжал моэль (моэль тогда приезжал в Казань раз в три-четыре месяца), я послал телеграмму на почтовый ящик, а этот человек является на следующий день после отъезда моэля.
Второй раз — то же самое. И третий. Год, считай, прошел! Когда он пришел в третий раз, я даже рассердился:
— Молодой человек, если вы будете продолжать эти фокусы, вашему сыну придется делать свадьбу и обрезание одновременно.
Тогда он дал адрес.
И вот теперь наконец удалось сделать обрезание. Так я тебе скажу, моэль поражен. Такое там увидел! Человек ежедневно надевает тфилин, молится, каждый день читает семьдесят две главы ”Теилим”, не ест трефного, а вокруг — одни неверующие! Это тебе не Казань — заводской поселок с казенным жильем. Все между собой знакомы, все насквозь видно…
Молодой человек этот и был Сафьян.
Чего только Сафьян не делал! Приезжал в Казань, привозил вещи из дому, просил меня дать кому-нибудь на продажу и раздать деньги голодным (я и познакомился с ним, когда он впервые пришел к нам с такой просьбой). Сам он, понятно, делать такое не мог — как объяснишь, зачем это хорошо оплачиваемому инженеру?
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
А уже после нашего знакомства с Сафьяном произошла невероятная история, настоящее чудо. На заводе нашелся доносчик, сообщил ”куда надо”, что Сафьян — верующий. Борису Соломоновичу грозило исключение из партии и увольнение. Перед собранием он пришел ко мне с вопросом:
— Собрание будет как раз в пятницу вечером. Меня явно попробуют испытать. Вдруг как бы ненароком предложат закурить? Ведь тут ”пикуах нефеш” (угроза жизни), это не шутка! Как быть? Можно или нет?
Я сказал:
— Нет.
И вот идет собрание, обсуждается донос, публика пытается разобраться, верующий Сафьян или нет. Неожиданно один за другим встают люди и говорят, что не понимают, о чем разговор, — Сафьян, дескать, при них не раз курил в субботу.
Смотреть другие материалы автора Ицхак Пинтосевич ⭐
С чего они это взяли? Перепутали? Или выручить хотели? Во всяком случае, собрание ухватилось за возможность оправдать Сафьяна — он был слишком ценным специалистом, чтобы его терять: где что не ладилось на производстве, его посылали, и он все налаживал. Так что собрание постановило: донос — клевета на честного работника! И доносчику пришлось убраться с завода! Вы когда-нибудь такое видели — чтобы уволили доносчика, а не того, на кого донесли?!
Когда мы узнали, что он там у себя соблюдает кашрут, мы взялись обеспечивать его кашерным мясом. Это продолжалось многие годы.
Последнее, что мама делала перед смертью, — уже больная, в холодной воде кашеровала мясо для Сафьяна.
Она умерла в сорок девятом году.
Ни разу я не видел во сне отца и мать вместе. Но когда я сидел в тюрьме, они пришли вместе. В ночь перед судом.
Подписывайтесь на нас в Telegram:
https://t.me/vaikra
И в Instagram:
https://www.instagram.com/platformvaikra/
