Ицхак Пинтосевич | Береги свою речь + "Краткая книга заповедей". Хафец Хаим. Урок 23 – Vaikra.com
Рубрики

Ицхак Пинтосевич | Береги свою речь + «Краткая книга заповедей». Хафец Хаим. Урок 23

Помочь уроку

☝☝☝

Аудиозапись урока доступна на всех популярных площадках для подкастов!

Ицхак Пинтосевич. Береги свою речь
+ «Краткая книга заповедей». Хафец Хаим. Урок 23

Отрывок из книги: Рав Зелиг Плискин. «Береги свою речь».

2. Кто-то отказал вам в услуге.

Предположим, наш знакомый по имени Реувен отказался нам помочь. Рассказывая об этом, мы допускаем еще более серьезное нарушение, чем то, когда сообщаем, что он отказался помочь кому-то другому. Даже если нами не движет желание отомстить, мы виновны в том, что нарушили запрет таить зло против кого-то. Сетуя на неотзывчивость и черствость Реувена, мы тем самим показываем свою злопамятность, поскольку прекрасно помним о причиненной нам обиде, — а ведь следовало давно о ней забыть. Но если наша цель — отомстить Реувену, опорочив его в глазах общих знакомых, то мы нарушили запрет на месть.
Моше не любит одалживать людям свои книги, поэтому отказывает в этом абсолютно всем. Возможно, если бы он понимал, что лишает себя возможности выполнить заповедь каждый раз, когда кто-то изучает Тору по его книгам, он поступал бы иначе. Но еще до того, как Моше осознал, что поступает неправильно, Йеуда обратился к нему с просьбой одолжить книгу «Хафец Хаим». Как всегда, Моше категорически отказал ему. Йеуда несколько расстроился, поскольку до этого он всегда с готовностью одалживал свои книги Моше. Если Йеуда расскажет об этом, тем самым он лишний раз подтвердит, что ему остро необходима книга Хафец-Хаима, поскольку он не знаком с законами о лашон-ара. Как же должен поступить Йеуда? Во-первых, не распространять порочащих сведений о Моше. Во-вторых, продолжать как ни в чем не бывало одалживать книги Моше, не упрекая того, что тот поступает по-другому. Короче говоря, Йеуда обязан срочно забыть об отказе Моше.
Если же Йеуда решил рассказать об этом с целью вывести неблагодарного и скупого Моше на чистую воду, он ко всему прочему нарушит запрет на месть.
Расстройству Мирьям нет границ. Через три дня — свадьба у Тойвы. Все девушки их круга месяц назад получили приглашения. Но Мирьям, ее лучшую подругу, почему-то обошли! Забыли или нарочно? Взвинчивая себя, Мирьям сидит и перебирает в памяти все мелкие и крупные услуги, в прошлом оказанные ею в адрес Тойвы. И сердится все сильнее… Приходит Бат-Шева и пытается успокоить подружку: может, приглашение затерялось на почте? Но та не унимается. Нет, тут что-то неслучайно.
Даже если Тойва, готовясь к свадьбе, действительно забыла ее пригласить, Мирьям не имеет права сообщать кому бы то ни было о ее неблагодарности. В свое горе не надо было посвящать даже Бат-Шеву.
_______

Ицхак Пинтосевич — по «Краткой книге заповедей» Хафец Хаима

15. Заповедь, повелевающая каждому еврею написать для себя свиток Торы

Сказано в Торе: «Итак, напишите себе эту Песню» (Деварим 31:19).
Имеется в виду особый гимн, исполненный Моше. Мудрецы разъясняют отрывок следующим образом: напишите (в смысле – перепишите) всю Тору, в которой есть эта Песня, потому что нельзя писать ее (Тору) по частям. Написавший свиток Торы собственноручно – как бы получил ее на горе Синай. Если еврей не может написать свиток Торы сам, то он должен либо купить свиток для себя, либо нанять «сойфера» (специалиста по написанию свитка), который его напишет для него. И даже если у него есть свиток Торы, полученный от предков, он обязан написать свой собственный свиток. При этом, если человек выправит хотя бы одну ошибочную букву в Торе, это будет равнозначно тому, как если бы он написал целый свиток.
Благословенной памяти раби Ашер бен Ехиэль (Рош) указал, что только что приведенное разъяснение относится к временам, когда каждый еврей сам переписывал свиток Торы и учился по нему. В наше время, когда свиток Торы пишут для синагоги и хранят его там же, чтобы читать по нему публично (во время молитв), каждый еврей, имеющий средства, обязан купить напечатанные Хумаш, Мишну, Талмуд и комментарии к ним, чтобы он и его дети могли по ним учиться. Потому что заповедь написания свитка необходима для того, чтобы была возможность учить Тору. Что касается изучения Талмуда и прочих комментариев к Торе, то все это необходимо для получения правильных объяснений смысла заповедей и законов. Другими словами, написание свитка Торы или Талмуда – средство для изучения. Чтобы их изучать, еврей обязан переписать эти книги, а в наше время – приобрести.
Счастлив тот, кто в силах выполнить и то, и другое.
Эту заповедь обязаны соблюдать везде и всегда только мужчины.

Как выполняют заповедь «написать свиток Торы»?

Шалом. Есть заповедь написать свиток Торы. Что это значит, как правильно это делается? Спасибо.
Статья в Википедии:
_______

Ицхак Пинтосевич делится короткими рассказами о праведниках:

Один еврей из Бруклина

https://ru.chabad.org/library/article_cdo/aid/563594/jewish/-.htm

Раввин Хаим-Цви Шварц не был любавичским хасидом, перед войной его семья была среди последователей Мункачского Ребе, но в 1946 году он обратился за советом к тогдашнему Любавичскому Ребе Йосефу-Ицхаку Шнеерсону. Раввин Шварц – беженец, молодой человек, потерявший из-за Холокоста всю свою семью, все, что составляло его жизнь, не мог понять, что ему дальше делать со своей жизнью.
– Поговори с моим зятем, раввином Менахемом-Мендлом Шнеерсоном, – сказал Ребе, благословив Хаима.
Зять Ребе посоветовал молодому раввину поселиться в одном из городов Бразилии.
– Почему в Бразилии?
– Там много беженцев-евреев. За последние годы на долю нашего народа выпало много тяжких испытаний, и поэтому большинство евреев не получили даже основ еврейского образования. Многие уже стали жертвами ассимиляции, вступают в браки с неевреями. Долг каждого еврея, знающего Тору, бороться с духовным разложением нашего народа. Отправляйтесь в Бразилию, помогите создать там общину образованных и соблюдающих традиции евреев.
Раввин Шварц взял на себя эту миссию, переехал в Бразилию, открыл там дневную еврейскую школу. Много сил и труда ушло на то, чтобы найти средства, подготовить преподавателей, убедить людей в том, как важно давать детям еврейское образование. Шли годы, школа раввина Шварца процветала, ее выпускники стали ядром еврейской общины.
Раввин Шварц поддерживал теплые отношения с человеком, пославшим его в Бразилию. Тем временем, после того как в 1950 году скончался его тесть, рабби Менахем-Мендл Шнеерсон возглавил Любавичское движение. По особенно трудным вопросам раввин Шварц всегда советовался с ним.
Однажды, через несколько лет после прибытия в Бразилию, он имел случай убедиться, насколько велика забота Ребе о своих подопечных. Об этом раввин Шварц поведал любавичскому хасиду, с которым встретился в самолете, когда летел из Бразилии в Нью-Йорк.
– Как-то, – рассказывал он, – мне позвонили родители одного из моих учеников и попросили о встрече. Ничего необычнного в этом не было, но они говорили так взволнованно, что я понял – дело непростое и в тот же вечер пригласил их к себе домой.
– Это не имеет отношения к моему сыну, – сказал отец мальчика, когда мы расположились у меня в кабинете. – В вашей школе он достиг замечательных успехов. Дело в нашей дочери, которая выросла здесь и повзрослела еще до вашего приезда. Как вам известно, мы не строго придерживаемся традиций, однако для нас крайне важно, чтобы наши дети ощущали себя евреями. Поэтому мы и отдали сына в вашу школу, хотя она намного «религиозней», чем мы сами.
А суть дела вот в чем: дочь сообщила нам, что влюбилась в нееврея и собирается замуж. Мы всячески пытались ее отговорить, но ни доводы, ни просьбы, ни угрозы никакого действия не возымели, и теперь она вообще отказывается с нами что-либо обсуждать и вообще ушла из дома. Вы – наша единственная надежда! Может, вам удастся ее переубедить, объяснить, что она предает свой народ, родителей и себя.
– Согласится ли она со мной встретиться? – спросил я.
– Если узнает, что мы уже с вами говорили, то наверняка нет.
– Значит, сам пойду к ней, – решил я.
Я взял у родителей ее адрес и в тот же вечер к ней отправился. Узнав о цели моего визита, она, похоже, обиделась, но, будучи человеком воспитанным, вынуждена была пригласить меня в дом. Мы проговорили несколько часов. Она выслушала меня вежливо и пообещала подумать, но уходил я с чувством, что речи мои вряд ли повлияют на ее решение.
Несколько дней это дело не выходило у меня из головы – я пытался придумать, как не допустить потери еще одной еврейской души. И тогда я вспомнил о Ребе: вся надежда была на него одного! Я позвонил его секретарю, раввину Ходакову, рассказал о случившемся и попросил совета Ребе. Через несколько минут раздался телефонный звонок.
– Ребе просит передать этой девушке, – сказал раввин Ходаков, – что один еврей из Бруклина из-за того, что она собралась замуж за нееврея, потерял сон.
Столь неожиданный ответ смутил меня: я никак не мог понять, о чем идет речь.
– Что это за еврей? – удивился я.
И тут на другом конце провода раздался голос Ребе:
– Его зовут Мендл Шнеерсон.
Я озадаченно опустил трубку. Могу ли я поступить так, как сказал Ребе? Да она захлопнет передо мной дверь! Промучившись всю ночь, я решил передать девушке совет Ребе. В конце концов на карту поставлена еврейская душа, а мне, кроме моей гордости, терять нечего.
Рано утром я был у нее.
– Послушайте, – сказала она, не дав мне раскрыть рот, – за кого я выйду замуж – это мое дело и только мое. Я уважаю раввинов и верующих людей, поэтому не указала вам на дверь, а выслушала. Прошу вас, уходите, не донимайте меня больше.
– Я должен вам еще кое-что сказать, – на этот раз твердо сказал я.
– Говорите и уходите.
– Один еврей из Бруклина из-за того, что вы собрались замуж за нееврея, потерял сон.
– И вы пришли мне об этом сообщить? – воскликнула она и собралась закрыть дверь.
Однако прежде чем сделать это, все-таки спросила:
– Кто этот еврей?
– Великий духовный вождь евреев, раввин Менахем-Мендл Шнеерсон, известный как Любавичский Ребе, – ответил я. – Ребе очень заботят материальное и духовное благосостояние каждого еврея, он страдает о каждой душе, потерянной для своего народа.
– Как он выглядит? У вас есть его фотография?
– Где-то есть. Я вам ее принесу.
К моему удивлению она не стала возражать, но молча кивнула. Я помчался домой, перерыл все в поисках фотографии Ребе. Наконец нашел ее в ящике комода и тут же кинулся назад.
Девушка бросила взгляд на фотографию Ребе и побледнела.
– Да, это он, – прошептала она.
– Уже целую неделю, – объяснила она, – этот человек является мне во сне и уговаривает не оставлять своего народа. Я решила, что этот образ еврейского мудреца – плод моего воображения, и то, что он говорил мне, – только ваши слова и слова моих родителей, застрявшие у меня в голове. Но оказывается, это не выдумка. Я никогда в жизни не встречала этого человека и не видела его фотографий, даже не слыхала о нем. Но он – это тот, кто является мне во сне.
Смотрите другие уроки из этого цикла:

Подписывайтесь на нас в Telegram:
https://t.me/vaikra

И в Instagram:
https://www.instagram.com/platformvaikra/

Подпишитесь на рассылку платформы VAIKRA и получайте самые интересные уроки с сайта на E-mail, What's App или Telegram
Всем подписчикам в подарок 4 уникальные книги!

Этот материал – личное мнение автора. Редакция не несет за него ответственность.

Перепечатка материалов приветствуется со ссылкой на vaikra.com

Не пропускай самые интересные публикации для духовного роста. Подписывайся на нас в той социальной сети, которую любишь больше всего: Instagram, Facebook, Telegram.

Ицхак Пинтосевич Помочь уроку

Ицхак Пинтосевич - подготовил более 1 500 бизнес-тренеров и коучей. Обучал мировые корпорации: Procter&Gamble, Deloitte, AVON, MTC и др. Создатель самого крупного в РУНЕТЕ портала по развитию 5СФЕР. Автор 14 книг. Учился у Рава Ицхака Зильбера.

Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments