О сути еврейского доказательства - Часть первая - Рав Захарья Мататьяу
Рубрики

О сути еврейского доказательства — Часть первая

До сих пор было подробно рассмотрено соотношение между природой и чудом. Необходимо также рассмотреть, каким образом это относится к человеку, или как человек должен относиться к этим понятиям. Ясно, что это наиболее важная часть рассматриваемой темы.

Чудо как доказательство

Не раз можно услышать – “Если Б-г действительно есть и управляет миром, пусть покажет мне чудо и я поверю в Него, и пока этого не произошло я в Него не верю”.

Во-первых, надо сказать, Творец не делает чудеса, чтобы доказать человеку. Разве есть необходимость показывать чудеса каждому, кто об этом попросит? На что это похоже. Один человек послал свою дочь учиться музыке. Через несколько лет она возвращается с дипломом. Пришёл родственник и попросил её показать, что она может. Та сыграла, и родственнику понравилось. Потом пришёл друг семьи и тоже попросил её об этом. На следующий раз она отказалась, сказав что у неё есть диплом, и если кому-то интересно, пусть посмотрит в диплом.

Творец не обязан делать каждому чудеса. Достаточно, что Он сделал чудеса в Египте и записал в Торе. Кому интересно, пусть посмотрит в Тору.

Во-вторых, даже если тот самый человек увидит чудо, всё равно не поверит в Б-га, что не раз наблюдалось в истории.

Например, после потопа поколение вавилонской башни сказало, что потоп не был послан Творцом а был результатом естественных процессов – сказав, что каждые 1656 лет обрушиваются небеса (Раши Берейшит 11-1). В наше время об этом свидетельствовали события войны с Ираком в 1991. Когда в самых густонаселённых районах Израиля взрывались иракские ракеты “Скад” с 250 кг взрывчатки, разрушались целые дома с жителями, при этом не было убитых и даже раненых. Большая часть населения страны была уверена, что это открытые чудеса, что однако не привело их к вере в Б-га.

На первый взгляд не понятно – почему нет? Разве чудо не доказывает истинность действительности Творца? Ведь человек сам говорит: пусть Творец покажет мне чудо и я поверю в Него. Почему же в конце концов он сам откажется от своих слов?

Подпишитесь на рассылку платформы VAIKRA и получайте самые интересные уроки с сайта на E-mail, What's App или Telegram
Всем подписчикам в подарок 4 уникальные книги!

Зададим ещё один вопрос. Когда израильтяне находились на горе Синай перед получением Торы (то есть после всех чудес в Египте и рассечения моря), было сказано: “И сказал Господь Моше: Вот Я приду к тебе в гуще облачной, чтобы слышал народ, как Я говорю с тобой, и также тебе будут они верить вовеки” (Шмот 19-9). Говорит на это Рамбам.(йесодей атора гл. 8) – выходит отсюда, что до сих пор израильтяне не верили в Моше полной верой, которая стоит в веках, но верили верой, у которой есть сомнение. И объясняет, что не верили сыны Израиля в Моше из-за чудес, которые он показал, поскольку каждый, который верит из-за чудес — остаётся в сердце его сомнение, что, может быть, чудеса были сделаны путём колдовства.

С другой стороны сказано что при рассечении моря даже фараон поверил, что удар этот был от Творца, то есть поверил Моше и сделал тшуву (Ялкут Шимони, Шмот р. 176)

Получается, что для фараона рассечение моря было полным доказательством, когда для евреев ещё нет! И только на горе Синай получение Торы через пророчество стало для них полным доказательством.

Вопрос: Если чудо является доказательством, то почему израильтяне не приняли его, а если нет, почему фараон, который всеми силами пытался отрицать действительность Творца, принял его?

Кроме этого, здесь непонятно следующее. Если для фараона чудо было доказательством, то почему чудеса десяти казней в Египте не убедили его, когда чудо рассечения моря стало для него абсолютным доказательством?

На это можно ответить: Как было подробно разобрано в прошлой статье, египтяне и особенно фараон были большими знатоками в колдовстве. Колдовство — это действие человека, в котором он пользуется законами в рамках так называемой “духовной” природы. Такое действие в рамках законов природы более “высокого духовного” уровня (действие колдовства) выглядит как чудо в природе более “низкого” уровня. Однако чудо настоящее, то есть действие Творца, оно вне рамок природы всех уровней. Поскольку фараон знал колдовство на всех уровнях, он относил чудеса десяти казней к действию колдовства, но рассечение моря как чудо, по всей видимости, было настолько велико, что вышло из рамок законов природы всех уровней, так что фараон был вынужден признать его как действие Творца, а не колдовства.

Однако два первых вопроса требуют ответа.

В общем в доказательстве о действительности Творца можно различить четыре пути:

1-й путь – Логическое доказательство

Такое доказательство было неоднократно приведено выше. В основе его находится высказывание Рамбама – “Природа сама показывает на действительность Творца”. Вкратце: Наблюдения за природой показывают на удивительный порядок в структуре и функционировании мироздания. Нет возможности объяснить его, кроме как предположить, что за всем этим стоит направляющая сила, которая создаёт и управляет им. Многие мыслители человечества пришли к такому выводу в результате собственных рассуждений, без того чтобы посмотреть в Торе. Логический принцип здесь следующий: не может быть, чтобы порядок возник сам по себе, обязательно кто-то его создал.

Есть те, которые возражают – утверждение, что существующий порядок обязывает присутствие создателя, основывается на внутреннем ощущении человека, через которое он воспринимает окружающий мир. Можно предположить иную картину мира, когда порядок возникает из беспорядка сам по себе. И хотя это предположение противоречит простому разуму человека — кто сказал, что необходимо полагаться именно на этот разум и на это внутреннее ощущение человека. Для подтверждения такой логики (точнее, такого отсутствия логики) были созданы многочисленные модели возникновения и действительности природы. И несмотря на то, что ни одна из них не оказалась состоятельной, возможность такого утверждения остаётся.

Попробуем разобраться, почему. Например, теория эволюции призвана объяснить возникновение и развитие жизни на земле в результате случайных процессов и без вмешательства направляющей силы из вне природы. Первоначально, такая идея кажется полностью несуразной – как может некоторый организм стать более совершенным, что означает стать более сложным в своей структуре и в выполняемой роли в природе, в результате случайных изменений во времени? Каждому ясно, что случайно происходит только хаос, а не порядок или сложная структура.

Представители этой теории действительно не отрицали этого, но объяснили, что ощущение несуразности — это субъективное ощущение человека, необязательно правильное и что не стоит на него полагаться. А взамен предложили некоторую модель, как обойти эту несуразность. В этой модели, например, длинная шея у жирафа возникла в результате того что он, в результате изменения внешних условий, должен был “вытягивать” свою шею. Однако со временем исследователи поняли что это не так – сколько шею не тяни, она от этого длиннее не станет. После этого, по логике вещей, они должны были вернуться к первоначальной точке зрения, что принятая ими идея сама по себе несуразная.

Однако они не пошли этим путём, а предложили другую модель – изменчивость и естественный отбор. Однако со временем выяснилось, что и эта модель не состоятельна – в действительности изменчивость возможна в природе в очень маленьком диапазоне, что никак не достаточно для возникновения новых видов, кроме этого изменения должны были привести к изменению органов организма в течение продолжительного времени, что означает, что животное должно “нести” какие-то частичные изменения на протяжении многих поколений, когда эти изменения ещё не функционируют и никакой естественный отбор не может им “помочь” сохраниться.

Есть также ошибка в самой логике естественного отбора. Эта идея похожа на сито. Сито может привести к тому, чтобы мелкие частицы упали, а крупные остались, однако не в силах сито привести к тому, чтобы крупные стали крупнее. Естественный отбор, может быть, может привести к вымиранию слабых особей, но не может привести к улучшению оставшихся. Скрещивание сильных особей само по себе без вмешательства человека не может привести к качественным изменениям вида. Направленное вмешательство человека может привести к некоторым изменениям, но тоже недостаточно чтобы привести к созданию нового вида. В природе есть границы, в рамках которых могут происходить изменения отдельных особей. И даже при вмешательстве человека нет возможности перешагнуть эти границы. К этому выводу пришли многие исследователи. И здесь тоже они должны были вернуться к первоначальному мнению.

Однако, они снова предложили новую модель – построенную на мутациях. Однако и здесь, наряду с другими проблемами, частота и диапазон изменений в результате мутаций совершенно не достаточны для изменения видов. И снова они не возвращаются к первоначальному мнению, а продолжают искать новые модели.

Итак, получается, что первоначальная точка зрения прямого разума и внутреннего ощущения человека – о том, что порядок и направленная структура не может произойти случайно – ни разу не была опровергнута. Вместо этого наблюдается постоянный процесс создания новых моделей. По логике вещей, исследователь не должен был оттолкнуть разумное представление, пока не доказал истинность другой теории или модели. Однако здесь происходит странное явление – само предложение новой модели считается достаточным, чтобы оттолкнуть уже существующее разумное решение, несмотря на то что новая модель ещё не была доказана. Более того, после того, что она была признана несостоятельной, нет возврата к первоначальному мнению, а ищется новая несостоятельная модель. По всей видимости, причиной этому является нежелание людей принять идею действительности Творца, что обязательно выходит из того самого прямого разума и внутреннего ощущения человека. Для этого и создаются те самые теории и модели. Таким образом, исследователь пытается первоначально исключить из своих рассуждений идею Творца – “с Творцом можно объяснить всё что угодно, идея Творца не является научным методом” и т. д. – в результате чего вынуждены создавать новые, самые странные модели.

Этот путь не придумали сегодня. Фараон тоже шёл таким путём. Как известно, каждая последующая казнь отличалась от предшествующей тем что чудо в ней было больше, и это тем самым опровергало прежнее предположение фараона о колдовстве. И тогда фараон объяснял новую казнь тоже как колдовство, но на более высоком уровне. Причём у него была теория, как такое действие может быть сделано в рамках колдовства более высокого “духовного уровня природы”. Однако он не мог доказать, что именно оно являлось источником данного действия, а мог только предположить. И тогда в следующей казни открывалось чудо более сильное, опровергая это предположение и т.д. И только для рассечения моря не было возможности предложить никакую теорию – оно вне сил действия колдовства всех уровней.

Как было сказано ранее, в рамках свободы выбора, Творец дал человеку возможность отрицать действительность Творца и для этого дал ему возможность идти против разума и утверждать неразумные вещи.(в ст. “Для чего” подробно разбирается, как разумный человек приходит к не разумным выводам) Такое возможно по принципу “А может быть?”. Всякий раз, когда появляется необходимость принять истинность Творца, человек может сказать “А может быть?” и предлагает некоторую сложную теорию, опровергнуть которую сразу нелегко, и пока ей нет опровержения, можно отрицать Творца. Через некоторое время её всё-таки опровергнут, но и тогда можно будет предположить новую теорию. И так может продолжаться неограниченное время. А пока можно продолжать отрицать действительность Творца.

То есть, то что есть возможность оттолкнуть точку зрения прямого разума, не уменьшает его истинности и не означает, что данный способ не является доказательством.

И всё это происходит таким образом, потому что Творец скрыл себя за природой. Однако сокрытие не было полным. Он оставил человеку разум, благодаря которому человек может постигнуть Творца даже внутри сокрытия. Только для этого он должен приложить много усилий, поскольку истина, в результате сокрытия, не находится на поверхности. Мир был построен таким образом не случайно, а чтобы дать человеку награду, если он приложит достаточно усилий для раскрытия Творца в природе. И наоборот, если Творец будет скрыт в меньшей мере, то и награда за Его раскрытие будет меньше. Чем больше сокрытие, тем больше свободы выбора и тем больше награда за раскрытие Творца. И наоборот, чем меньше сокрытие, тем меньше свободы выбора и тем меньше награда.

В настоящем поколении многие евреи обращаются к религии, и особенно молодежь. Многие из них пришли к этому в результате мучительного и упрямого поиска истины. Иной раз в своём поиске они обращались к самым разным сектам и религиозным течениям, и, в конце концов, пришли к иудаизму. И только здесь они вдруг поняли, как всё просто и ясно, и удивляются, как до сих пор не видели этого. Однако ясно, что путь к познанию истины не простой, и хотя она действительно находится “под боком”, необходимы большое желание и неимоверные усилия, чтобы обнаружить её.

Для человека, находящегося в поиске истины, который ради неё не против принять даже идею действительности Творца, для него нет никакой проблемы принять данный логический путь доказательства как истинный.

Кроме того, этот взгляд “прямого разума” которым люди пользуются повседневно, и является основным орудием в осознании мира. Лишить человека этого орудия означает лишить его всякой возможности понять или утверждать что-либо, включая само утверждение о субъективности и несостоятельности “прямого разума”. Это единственное орудие в руках человека в его познании, и по всей видимости, следует дорожить, им а не отмахиваться от него при первой возможности. Если нельзя полагаться на “прямой разум” человека, значит нельзя полагаться ни на какое его утверждение.

Внутреннее знание в сути доказательства

В принципе, можно сказать больше. На первый взгляд, можно подумать, что то, что было названо здесь “прямым разумом” и “внутренним ощущением”, это некоторый способ взгляда на мир, истинность которого нет возможности обосновать, и человечество пользуется им только потому, что нет у него другого, более обоснованного орудия исследования.

Необходимо рассмотреть данный вопрос глубже. Человек всегда пользуется двумя видами знания – внешним и “внутренним”. Внешнее знание строится на информации, полученной из окружающего мира при помощи пяти ощущений. К этому знанию относится всё его представление о построении и функционировании природы и всё остальное, что он может наблюдать.

Однако ясно, что он обладает знанием, информацию о котором он не мог получить из окружающего мира. Первое такое знание — это то, что человек существует. У каждого есть ощущение “Я есть”. Человек не просто это ощущает, он это знает и пользуется им каждое мгновение. У человека не стоит вопрос “есть ли Я”, наоборот, ему трудно себе представить, что его когда-то не было или когда-нибудь не будет. Один из наиболее трудных вопросов, с которым сталкивается ребёнок, это где он был до рождения и что будем с ним после смерти. В принципе, он не может согласиться с тем, что его когда-то не будет. И даже если под давлением “общественного мнения” среды, где он находится, он всё-таки соглашается, в глубине души ясно ему, что он был и будет всегда, и тем более, что он есть сейчас. Вопрос — откуда это знание попало к нему?

По всей видимости, оно не могло прийти из наблюдений за окружающим миром. Где в окружающем мире он может увидеть, что он есть? В принципе, нет во внешнем мире такой информации. Даже когда он, будучи ребёнком, видит свои части тела в первый раз, он не знает, что это он сам. В процессе “исследования” окружающего мира ребёнком, при виде, например, руки, у него не встаёт вопрос “я ли это?”. Вопрос, который он задает себе — “моё ли это?”. И если обнаруживает, что при касании рукой какого либо предмета ощущает боль, то приходит к выводу, что рука принадлежит ему. Но прежде чем человек может сделать вывод, что что-то принадлежит ему, он должен знать что он сам есть! Если он не знает, что он есть, то не может прийти к выводу, что что-то относится к нему или нет. И это знание он не может получить извне, поскольку любая внешняя информация обязательно устанавливается у него в некотором соотношении с его “Я”. “Это для меня хорошо, плохо или безразлично”, “Я получил эту информацию”,”Я это знаю”, “Я вижу”, “Я чувствую” и т.п. Наоборот, это первичное знание, которым он ощущает и исследует видимый им мир. Нет другого выхода, кроме как предположить что с этим знанием человек родился — более того, с него начинается и на нём базируется всё его внешнее знание.

Если предположить, что первоначально человек не знал что он есть, то кто же тот кто узнал это в первый раз?

Ясно, что всегда может быть сомнение по поводу истинности внешнего знания, поскольку известно, что ощущения человека, через которые он получает это знание, несовершенны и могут исказить истинную картину мира.

Однако знание “я есть” не может быть искажено. Каждый ощущает что он есть. Что можно об этом сказать? Либо это действительно так, либо ему это кажется, то есть иллюзия. Если это иллюзия его, то он, тот кто видит эту иллюзию, явно есть. Можно предположить, что это иллюзия не его. Тогда и весь ощущаемый им мир тоже “находится” внутри той самой иллюзии. Тогда относительно воспринимаемой им действительности он явно существует.

Если подумать хорошо, в принципе нет никаких оснований сомневаться в истинности какого-либо знания человека, кроме как в том случае когда оно пришло посредством несовершенных инструментов, подлежащих искажению. Таким инструментами являются органы ощущений человека и в них можно сомневаться. Но в знании, полученном человеком от рождения, нет никакой причины и никакого смысла сомневаться, ведь оно не пришло через ощущения. Человеку известно об искажении только во внешних каналах передачи информации. Более того, можно сказать, что искажение — это исключительное качество внешнего материального мира, как сама суть материальности, рассмотренная ранее (иллюзорность – ст. Чудо и проблема первопричины).

Есть ещё примеры “внутреннего знания”, которые также не подлежат сомнению и действительно человек ими пользуется не задумываясь. Например, Знание что есть или может быть форма. Человек видит предмет. По сути, его глаз получает огромное количество лучей разных характеристик и направлений. Глаз передаёт всю информацию мозгу и тот должен решить, что же он видит. В принципе, вся эта информация представляет из себя хаос, увидеть в ней что-либо не так-то просто. Этим объясняется известный факт, что ребёнок первые дни ничего не видит. Мозг “прилагает усилия”, чтобы найти в этом беспорядке упорядоченные структуры и в результате находит различные формы. Но чтобы искать их, он должен знать, что он ищет. То есть, человек заранее знает о нахождении или возможности форм. И эту информацию он не мог выучить из мира вне него. Как раз наоборот, он пользуется ею, чтобы смотреть на мир. Ему необходимо это знание, прежде чем он начинает учить что-либо из внешнего мира. Без него он просто ничего не увидел бы, кроме хаоса. Более того, по всей видимости, он обладает “набором” возможных форм, так что суть видения заключается в поиске соответствия между тем что он получает через глаза, и тем, что заложено в его внутреннем знании. То есть, он пытается определить, находится ли то, что он видит в “наборе” известных ему форм, или нет. И если находит, приходит к выводу, что сейчас он знает, что он видит. А если нет, то это определяется в его сознании как не имеющее форму, и он не может себе это представить.

Про него тоже можно провести соответствующее исследование на истинность. – Могут быть только два варианта. Либо это знание истина, либо иллюзия. То есть, на самом деле нет форм, но человеку кажется, что они есть. Однако поскольку он их ищет и в конце концов находит, значит, весь мир воспринимаемый им, находится в рамках его иллюзии и относительно этого “иллюзорного мира” это его “внутреннее знание” абсолютно верно.

Ещё одно “внутреннее знание” – способность видеть закономерности. Человек способен увидеть логическую связь в наблюдаемых событиях. Это происходит в результате поиска закономерности, чем человеческий разум занят постоянно в любой его деятельности. Здесь имеется в виду логическое мышление человека в полной общности его понимания. Ясно, что на нём основана вся исследовательская деятельность человека – в науке, производстве и др. включая искусство. Ясно, что и это знание человек не мог получить из внешнего мира, а родился вместе с ним. Если бы человек не имел бы первоначального представления о закономерности, то всегда видел бы случайное и хаотическое накопление фактов. Только благодаря тому, что он ищет закономерности в, казалось, произвольном скоплении фактов, он их находит.

Если предположить, что логическое мышление — это иллюзия, то и весь наблюдаемый мир находится внутри этой иллюзии, поскольку мир, который мы видим обязательно приходит к нам в той или иной логической интерпретации. Логика также является инструментом видения окружающего мира. Это похоже на очки. Нет возможности судить о качестве очков, оценивая качество видимой картины, если нет другой возможности увидеть её для сравнения. Мир, который предстаёт перед нами — это тот мир, который видится в этих “очках”, и по отношению к этому миру эти “очки” абсолютны. Поэтому логическое мышление также относится к внутреннему знанию, оно абсолютно истинное и не подлежащее сомнению. Если подвергать его сомнению, то вся наука, и не только она, лишена всякого смысла.

Можно спросить – абсолютность внутреннего знания относительно видимого мира недостаточна. Ведь в соответствии со сказанным, может быть, что вне мира нашего восприятия наше “внутреннее знание” действительно является иллюзией. Однако это не принципиально. Ведь мы воспринимаем себя как действительность именно в этом ощущаемом нами мире, и сам вопрос “есть ли я” и др. возник в этом мире, что означает “есть ли Я в этом мире”. Более того, возможно что само возникновение данного вопроса — результат качества данного мира, где нет уверенности ни в чём, поскольку он базируется на несовершенных органах чувств.

Ещё можно возразить – ведь человек существо эмоциональное и ясно, что некоторые его эмоциональные ощущения не соответствуют действительности. Кроме этого, есть интуиция и предчувствия. Чем “внутреннее знание” отличается от них?

Здесь необходимо сказать, что эмоции обязательно связаны с окружающим миром и являются некоторой реакций на происходящее там. Но внутреннее знание не зависит от внешнего мира. Наоборот, то, как представляется внешний мир в сознании человека, зависит от внутреннего знания. Это инструмент, которым человек смотрит на мир, а не наоборот. Ясно, например, что ощущение “я есть” — не эмоция и не реакция на то что он видит. Это базисное понятие внутри человека, которым он пользуется постоянно, не подлежащее для него сомнению. То же самое — логическое мышление и видение форм. Интуиция, предчувствия и др. всегда сопровождаются внутри человека сомнениями.

В принципе, внутренний мир довольно сложный и у человека нет полной картины о происходящем в нём. По всей видимости, существуют различные внутренние ощущения, природу которых трудно определить, и часто не просто различить между интуицией, эмоциями, внутренним знанием или какими то другими силами и качествами, находящимися внутри человека. Однако некоторые из них явно можно проследить. Здесь рассматривались базисные понятия внутри человека, которые служат ему инструментом для взгляда на мир, и их нельзя перепутать с остальными внутренними силами человека.

Отсюда приходим к выводу, что внутреннее знание, которое не пришло человеку из наблюдений, а он с ним родился, оно не подлежит сомнению или искажению и является знанием истинным и абсолютным.

И тогда понятно, что принцип, принятый в приведённом выше логическом доказательстве действительности Творца – “порядок не может возникнуть случайно сам по себе, хаос не порождает порядок” – также относится к разряду внутреннего знания и поэтому не подлежит сомнению. Ясно также что это не интуиция и не предчувствие а осознанная позиция разума.

Процесс доказательства

Известно, что то, что принято в мире как доказательство, имеет определённую недостаточность. Оно никогда не является абсолютным доказательством. Например, в математике оно основано на двух принципах – логические выкладки и аксиомы. По сути, оба требуют проверки правомочности. Логические выкладки все принимают как абсолютно истинные. В принципе, можно было спросить, откуда уверенность в справедливости следующего логического принципа – “если из (А) выходит (В) и из (В) выходит (С), то из (А) выходит (С)”. Однако человечество всегда пользовалось этим принципом и не подвергало его сомнению, поскольку, во-первых, логика — это единственный инструмент, при помощи которого человек может как-то осознавать мир, а во-вторых, справедливость этого принципа основана на “прямом разуме” человека и на его внутреннем ощущении. По всей видимости, это ощущение, как было сказано, не возникло у него в результате наблюдений за внешним миром, а пришло к нему при рождении. Можно сказать также, что это тот инструмент, которым разум человека “видит” окружающий мир, и поэтому он не может получить его из того самого мира. Инструмент исследуемого мира всегда вне этого мира, и поэтому из того самого мира невозможно получить информацию о самом инструменте. Следовательно, его справедливость не зависит от ощущений человека и поэтому не подлежит искажению, присущему ощущениям. К такому внутреннему ощущению человек относится как к абсолютно правильному. Выше было разобрано, что логическое мышление человека относится к “внутреннему знанию” и поэтому абсолютно и не подлежит сомнению.

С другой стороны, этого нельзя сказать о втором принципе доказательства – аксиоматике. Всем ясно, что всегда есть место для сомнения в справедливости выбранных аксиом. В принципе, можно говорить о справедливости того или иного доказательства только в рамках принятых аксиом в рассматриваемой системе. В другой аксиоматике всё будет по другому. И это если рассматривать данное доказательство в рамках абстрактной модели. Но когда мы пытаемся применить её к природным явлениям, сразу возникает вопрос, какую аксиоматику применить в данной ситуации. И здесь никогда не бывает полной уверенности что выбранная аксиоматика соответствует действительности.

И причина этому тоже понятна, поскольку решение о выборе аксиоматике основано на информации о действительности полученной человеком посредством его ощущений – то есть из наблюдений, когда всем известно, что восприятие через ощущения подлежит искажению.

Ясно, что нет никакой уверенности в том что мы видим мир таким, какой он есть на самом деле. Так, например, в евклидовой геометрии принята аксиома, что параллельные никогда не пересекаются. Эта идея кажется очевидной в рамках того, что человек видит в окружающем мире. (Она не относится к разряду “внутреннего знания” человека) Однако, известно, зрение часто искажает действительную картину наблюдаемого, поскольку глаза — не очень совершенный аппарат. И не может быть никакой уверенности, что это действительно так.

Зрительный эффект работает таким образом: человек, находясь в некоторой точке пространства, видит, что параллельные пересекаются где-то на горизонте. Когда он подходит ближе, то обнаруживает что они на самом деле не пересекаются, и он предполагает что это всегда так.

Впоследствии были обнаружены (опять же в результате наблюдений, использующих те же несовершенные ощущения) другие явления в природе, подтолкнувшие исследователей предположить, что параллельные всё-таки пересекутся, и в результате была построена другая геометрия, где они пересекаются.

В экспериментальной науке доказательством является подтверждение экспериментом, что явно основывается на ощущениях и поэтому не может быть абсолютным доказательством, как было неоднократно рассмотрено выше.

Идея доказательства состоит в том, чтобы привести очевидность доказываемого утверждения к очевидности аксиом. То есть, первоначально данное утверждение не очевидно совсем. В результате логических выкладок – доказательства – исследователь приходит к выводу что утверждение очевидно точно так же как сами аксиомы. Ясно что никакое доказательство не может сделать очевидность утверждения более очевидным или более справедливым чем сами аксиомы. Однако на чём основывается очевидность аксиом? Как было сказано, на ощущениях. И даже когда исследование основано на показаниях приборов оно в конце концов тоже основывается на ощущениях.

Получается, что несмотря на то, что логические выкладки абсолютно правильны с точки зрения “внутреннего знания” человека, роль этих выкладок состоит лишь в том чтобы привести очевидность доказываемого к очевидности аксиом. Однако очевидность аксиом всегда сомнительна, поскольку зависит от ощущений человека. Получается, что справедливость каких=либо утверждений, даже когда они были научно доказаны, зависят от способности ощущений видеть. Поэтому никакое доказательство не может дать полной уверенности в справедливости утверждения. Другими словами, доказательство справедливо при условии, что аксиомы верны и утверждение верно не более, чем сами аксиомы, которые в свою очередь зависят от ощущений человека, а те могут исказить истинную действительность. В этом заключается недостаточность принятого в мире метода доказательства.

Теперь можно понять суть принятого в мире доказательства. Логический аппарат относится к внутреннему знанию и поэтому нет сомнения в его истинности. Однако аксиомы, на которых основывается доказательство в науке, обычно основаны на информации, полученной из окружающего мира, то есть на внешнем знании, и поэтому всё доказательство не может быть абсолютно истинно.

При всём этом, такое доказательство используется в мире во всех областях человеческой деятельности, по всей видимости, за неимением лучшего.

В таком случае, логическое доказательство действительности Творца, приведённое выше, несомненно более достоверно, чем доказательство в науке. Поскольку принцип, положенный в основе доказательства о действительности Творца, – ” порядок не может возникнуть из беспорядка сам по себе без направляющей силы” – основывается на “прямом разуме” и внутреннем ощущении человека, то есть на “внутреннем знании”, которое не связано со зрительным или другими ощущениями. Справедливость этого принципа сравнима разве что со справедливостью логических выкладок в справедливости которых ни у кого нет сомнений. Только в научном доказательстве они используются только в процессе доказательства, в основе которого всё-таки находятся аксиомы, основанные на ощущениях, а в доказательстве о действительности Творца они находятся в основе доказательства тоже. То есть аксиомы относятся также к “внутреннему знанию”, справедливость которого не подлежит сомнению.

Получается, что логический способ доказательства истинный, хотя в силах человека оттолкнуть его. Что возможно в рамках свободы выбора в результате сокрытия Творца. И здесь тоже тот, кто стремится познать истину, что означает познать её в рамках человеческого разума, не сможет остановится на различных несуразных и не доказанных теориях и обязательно придёт к осознанию действительности Творца.

2-й путь – Доказательство путём открытого чуда

В этом смысле открытое чудо тоже является одним из способов доказательства. Только он отличается от первого тем, что не подвластен человеку. В соответствии с “внутренним знанием” человека, чудеса может делать только Творец.

Кроме этого, чудо в некотором смысле раскрывает Творца и лишает человека свободы выбора, в результате он не может с лёгкостью оттолкнуть Его. Если человек видит чудо, ясно ему, что здесь было действие Творца, поскольку в рамках природы чуда быть не может. С этой точки зрения, чудо должно было быть полным доказательством, не оставляющим места для сомнения. Однако и это не так. И оно не аннулирует свободу выбора человека до конца. Поясним это.

Восприятие чуда также основывается на внешнем мире и приходит человеку через ощущения, которые могут исказить действительность, и на которые невозможно полагаться в полной мере. И хотя видение чуда — это наибольшее доказательство в рамках человеческого наблюдения за внешним миром, оно также не является полным доказательством. Всегда можно предположить, что это не настоящее чудо, а всего лишь результат фокуса, колдовства или какого то неизвестного ещё природного явления.

Теперь понятно почему человек, который просит доказательство в виде открытого чуда, не примет его, даже когда увидит открытое чудо.

В принципе, логическое доказательство является достаточным и справедливым в рамках человеческих представлений – ведь все постоянно им пользуются во всей своей обыденной жизни. Нет никакой причины не принять его также в вопросе о действительности Творца, тем более что достоверность последнего несравнимо больше. Если же он всё-таки просит чуда, значит ему не достаточно логическое обоснование, то есть он не хочет его принять и находит различные способы отталкивания. А это, как было сказано возможно, в рамках свободы выбора человека. Только очень сильное стремление к истине, то есть когда он готов ради истины пожертвовать своими личными интересами, может привести его к принятию логического доказательства. Поскольку такое принятие обязательно требует от него принятия идеи Творца, что обычно противоречит всем его телесным желаниям. И если он не согласен ими поступиться, то будет искать все способы отталкивания данного доказательства. В этом случае даже открытое чудо не поможет, поскольку и его можно оттолкнуть разными способами – совпадение, фокус или колдовство.

Чудо, в отличие от природы, даёт некоторое раскрытие Творца. Однако не полное. В результате у человека есть возможность его не принять. Следовательно, чудо уменьшает свободу выбора человека но не аннулирует её. Поэтому признание Творца у видящего чудо даёт ему некоторую заслугу и награду в мире грядущем.

Читайте также:

Источник

Этот материал – личное мнение автора. Редакция не несет за него ответственность.

Не пропускай самые интересные публикации для духовного роста. Подписывайся на нас в той социальной сети, которую любишь больше всего: Instagram, Facebook, Telegram.

Рав Захарья Мататьяу

В университете изучал физику. После репатриации продолжил учёбу на факультете программирования. В то же время познакомился с иудаизмом. Впоследствии учился в ешиве «Тиферет Акармель» у рава Рафаэля Шапиро в Хайфе.
Преподавать иудаизм начал в начале 90-х. Впоследствии преподавал в Москве в системе ешивы «Торат Хаим». Некоторое время был раввином горской общины Москвы. Сегодня руководитель коллеля «Зихрон Яаков» в Хайфе.