Гмара: «А потом он сказал: Это мой раб…» – Vaikra.com
Рав Александр Кутуков

Родился в 1966 году в Москве.
Учился в физматшколе №2 г. Москвы, потом – на Физтехе, закончил в 1989 году. Тогда же пришел учиться во вновь открытую ешиву в Кунцево. Потом учился в ешиве «Огалей Яаков» у рав Хаггая Прешела.
Занимался изучением Торы, преподаванием, переводами и еврейской журналистикой.
В 2003 году переехал в Израиль и через полгода поступил в колель Швут Ами, где учится по настоящее время. По-прежнему занимается всем этим, кроме журналистики.
Дома есть цветы, кошки, жена и шестеро детей.
Интересы, кроме Торы, разносторонние и бессистемные.

Гмара: «А потом он сказал: Это мой раб…»

Уроки Гмары на неделю (28 мая – 3 июня):

«Первенец, который запретил — запретил»
«А потом он сказал: Это мой раб…»
«Не взыскивают…»
«Сказанное почти сразу считается сказанным одновременно»
«Практический поступок имеет для вывода Алохи большее
значение, чем теория»
«Чтобы не было противоречия…»
«Поскольку он сделал ее равноправным партнером среди
сыновей…»

Интересные места в Геморе
Даф а-йойми, 29 мая 2017
Бово Басро, лист 127б.

«А потом он сказал: Это мой раб…».

Раз отец имеет право определить статус сына, в смысле, первенец он или нет, — мы с вами сказали, что есть раби Йегудо, который так считает, и Алохо следует его мнению, — тут же возникает масса вопросов. Например: если отец сказал разные вещи, вначале назвал некоего человека своим сыном, а потом назвал его своим рабом, или наоборот, — что будет?

На сам этот вопрос ответ очень простой. Тора засчитала в этом отношении его слова как свидетельство, правильно? Хотя он и родственник. А на этот счет есть известное правило: кейвон ше-hигид шув эйной хойзер у-магид, «если он уже сказал, он больше ничего другого не говорит». Свидетель не может передумать, — принимаются всегда его первые показания, и следующие показания, отменяющие первые, уже не принимаются, — если только, как всегда, мы не сможем истолковать его вторую фразу как объяснение первой, типа: «Он на самом деле мой сын, а рабом я его назвал потому-то и потому-то». И вот здесь Гемора сразу вываливает целую кучу информации.

Во-первых, оказывается, что есть два разных типа прислуживания: есть прислуживание как сын и есть прислуживание как раб. Они четко фиксированы и различаются. Рашбом определяет только прислуживание «как сын», — собственно, известной фразой, которая есть и в Шульхан Орухе, и в Кицуре, и где угодно. «Одевает и обувает, вводит и выводит», — и это все. А вот относительно раба он просто говорит: «Рабская работа». В другие местах в Геморе классическая работа раба – это, во-первых, обувать хозяина, а во-вторых, нести за хозяином вещи в баню. Судя по всему, это делает и сын! Так что все-таки в конце концов остается непонятно, чем отличается именно рабская работа. Но чем-то заведомо отличается.

Кроме того, мы узнаем, что назвать раба сыном человек не может никогда, категорически. Это – проблема йихус, то есть проблема установления родословной – чтобы не подумали, что он раб, пусть даже освобожденный, а происходит генетически от Яакова. В те времена, да и сейчас в некоторых общинах, это очень важно. Вроде бы как по закону гер и освобожденный раб имеют все те же самые права, что и евреи – а вот все, да не все.

А вот назвать сына рабом человек, в принципе, может. Это будет означать, что этот человек прислуживает ему не как сын, а как раб, то есть больше, чем положено. А вот назвать сына «рабом определенной стоимости» человек уже таки не может, — вот это, действительно, уже будет то ли оскорблением, то ли просто так не принято… Почему все это так, никто не объясняет. Очевидно, что так принято, а так не принято, так человек может, так человек не может…

Не пропускай самые интересные публикации для духовного роста. Подписывайся на нас в той социальной сети, которую любишь больше всего: Instagram, Facebook, Telegram.

Рав Александр Кутуков

Родился в 1966 году в Москве.
Учился в физматшколе №2 г. Москвы, потом – на Физтехе, закончил в 1989 году. Тогда же пришел учиться во вновь открытую ешиву в Кунцево. Потом учился в ешиве «Огалей Яаков» у рав Хаггая Прешела.
Занимался изучением Торы, преподаванием, переводами и еврейской журналистикой.
В 2003 году переехал в Израиль и через полгода поступил в колель Швут Ами, где учится по настоящее время. По-прежнему занимается всем этим, кроме журналистики.
Дома есть цветы, кошки, жена и шестеро детей.
Интересы, кроме Торы, разносторонние и бессистемные.